ГУАМ трех президентов

На прошедшем 1 июля саммите ГУАМ в грузинском Батуми бросался в глаза факт отсутствия молдавского президента. Российская пресса триумфально описывала это как успех России в “попытках расшатать ГУАМ изнутри”. В грузинской госканцелярии же отсутствие Владимира Воронина прокоментировали довольно таки остроумно, сообщив журналисту Коммерсанта что президент Молдовы “по всей видимости, не оставляет донкихотских надежд на восстановление территориальной целостности своей страны с помощью России, в связи с чем он и отказался от участия в саммите”, сражу же выразив уверенность, что “молдавский президент наверняка примет участие в последующих саммитах, когда его по-детски наивные мечты улетучатся”. Сам Воронин перед саммитом жестко прошелся по ГУАМ как каток по асвальту, настояв что у ГУАМ в отличии от СНГ нет экономической составляющей, в то же время превознося СНГ в качестве “очень эффективного жизнеутверждающего проекта”, экономической составляющей которого являются “энергетические ресурсы России”. Генеральный секретарь ГУАМ Валерий Чечелашвили попытались смягчить удар такого острого дипломатического демарша Кишинева, который откомандировал в Батуми лишь министра внутренних дел Валентина Межинского, заявив что несмотря на установившийся тренд ограничения уровня участии Молдовы в организации она “полноценно участвует в принятии решений ГУАМ и разделяет принципы этой организации”.

Конечно, каждый гражданин страны волен согласится или нет с внешней политикой коммунистического правительства, но это никак не уменьшает тот важный момент что минимум формально у них есть народный мандат доверия. Сделаем маленькую оговорку, что этот мандат получен в стране и условиях где специфика переходного периода не всегда позволяет контролировать если партия избранная населением будет работать на благо населения и будет защищать его интересы. Естественно, что история рассудит лучше нас успехи или неудачи коммунистов у власти в Молдове в пост-советский период. Но не следует ведь оставлять на самотек истории этот тяжкий груз . Перед тем как прийти к какому-то предварительному выводу самим, давайте просто поразмыслим, в границе доступной нам информации, что действительно происходит с молдавской внешней политикой на пост-советском пространстве.

Молдова действительно совсем не блестяще разыграла свои опции внешней политики за последние несколько лет. Здесь следует сделать еще одну оговорку и признать что конечно Кишинев был поставлен перед нелегким выбором или балансировать против России, или же последовать в фарватер России. А без помощи других сильных игроков цена балансирования против России оказалась слишком высокой, чтобы Молдова сама могла бы ее платить. Но… своей слабой игрой, Кишинев упустил возможность растянуть время этого выбора, пока бы не смог привлечь и заинтересовать других игроков. Самыми слабыми частями игры Молдовы были непостоянство, указывающая на отсутствие долгосрочного планирования, любительское отношение к государственным делам, слабое понимание динамики и структуры международных процессов и ведущая к резким движениям из крайности в крайность; и исходящая из этого реагирующая стратегия вместо опережающей. Результат подобных маневров не преминул проявиться в случае с применением Россией против Молдовы целого комплекса торгово-экономических и политико-дипломатических мер давления, которые поставили нынешнее руководство на колени перед Москвой. Если бы Молдова в 2005-2006 годах выбрала бы опережающую стратегию то ее руководство ожидало бы подобное давление, и перед тем как эти меры спровоцировать, подготовились бы к нейтрализации их деструктивного эффекта, или хотя бы его смягчению. Если Кишинев не подумал что Москва ответит на начавшийся про-европейский курс Молдовы в 2005 году, то это было очень наивно, тем более что было ясно какие рычаги давления Россия имела в своем арсенале. В случае если они ожидали ответа Кремля, но надеялись этим подтолкнуть ЕС и США к курсу более активной помощи Молдове, то такие надежды опять наивны и указывают на недостаточно хорошее понимание Запада. И это довольно страно исходя из того что у Кишинева множества посольств, которые нужно было использовать для того чтобы узнать внутренние течения в странах Запада, а потом прислушатся к тому что посольства сообщали бы. Они ведь не что иное как инструменты внешней политики, а инструменты надо уметь использовать с эффективностью: например молоток можно использовать или по назначению забивая гвозди, или для погони за мухами. Читателю должно быть понятно до этого момента, что я считаю Кишинев сам себя загнал в угол, по причинам представленным выше.

Далее, если тебя прижали в угол и нет выхода, всегда существует возможность капитулировать с достоинством или же унизительно. В отношениях с такими странами как Россия, со специфической политической культурой где сила или ее видимость играет существенную роль, разница между достойным и унизительным капитулированием довольно немалая. Резкий отказ от недавних политик, принципов, курсов, указывает на готовность капитулировать унизительно, и это провоцирует унизительное обращение другой стороны а также потерю каких-либо “предложений чести” для спасения лица проигравшей стороной. Выражение чрезмерной готовности пойти на уступку, этим демаскируя свои слабости, просто приглашает победителя использовать эти слабости и дожать “досуха” проигравшую сторону. Тут намек конечно на интервью президента российскому Коммерсанту, где он говорил что Молдова возможно выйдет из ГУАМ и что нейтралитет остается единственной опцией Молдовы. И членство в ГУАМ и открытая опция нейтралитета или членства НАТО являются сильными инструментами в переговорах, от которых просто наивно отказаться. Если на вас нападает собака, и у вас только палка в руках, вы же не выбросите палку чтобы защищатся от собаки голыми руками? В данном случае факт того что Молдова сама первая отказалась от использования этих инструментов в переговорах с Россией, только поставил ее в положение проигравшей стороны. Cитуация была бы совершенно иная, если бы об этом попросила бы сама Москва, в обмен на уже ее уступки. Возможно кто-то попробует возразить, что теория и практика не всегда совместимы, но если сравнить Молдову, Украину и Грузию, или даже другие случаи из истории противодействия маленьких стран против Москвы, то мы увидим, что только те страны добивались какого-либо успеха что держали “палки” при себе, готовые их использовать и которые не гоняли мух молоткoм. Чтобы сделать яснее мою точку зрения спрошу зачем России делать какие-либо шаги навстречу Молдове, если она и так получает что желает за просто так?! A разве в бизнессе вы ведете переговоры в случаях когда вы слабы, зная что скоро расклад сил может поменятся?

Я не могу согласиться с заявлением президента когда тот говорит что СНГ имеет больший потенциал для Молдовы, когда Кишинев уже платит за газ $240 за тыс. кубометров, и когда эта цена будет подниматься до $500 и выше; когда сами же российские политики признают что СНГ – инструмент контроля Москвы над странами-членами этой структуры; когда Азербайджан помогает Грузии смягчить последствия газового давления со стороны России; когда электроэнергия из Украины дешевле чем та вырабатываемая на Молдавской ГЭС принадлежащей российской компании подконтрольной Кремлю; когда партнерство с ГУАМ и с Румынией например может дать Молдове более выгодные экономически опции; когда Кишинев отказывается от диверсификации в обмен на бремя российской монополии – все это просто выглядит бессмысленно. А значит, то что говорят нам не является обьективным описанием реальности, а попыткой эту реальность исказить. Единственный вопрос который у меня появляется это – “зачем?”. Почему Молдова похоже умышленно играет на свой проигрыш? Какова логика тех влиятельных актеров в Молдове что это дело продвигают так настойчиво?